Неточные совпадения
Когда бы жизнь домашним кругом
Я ограничить захотел;
Когда б мне быть отцом, супругом
Приятный жребий повелел;
Когда б семейственной картиной
Пленился я хоть миг единой, —
То, верно б,
кроме вас одной,
Невесты не искал иной.
Скажу без блесток мадригальных:
Нашед мой прежний идеал,
Я, верно б, вас одну избрал
В подруги дней моих печальных,
Всего прекрасного в залог,
И был бы счастлив… сколько мог!
В один мешочек отбирают
всё целковики, в другой полтиннички, в третий четвертачки, хотя с виду и кажется, будто бы в комоде ничего нет,
кроме белья, да ночных кофточек, да нитяных моточков, да распоротого салопа, имеющего потом обратиться в платье, если старое как-нибудь прогорит во время печения праздничных лепешек со всякими пряженцами [Пряженцы — «маленькие пирожки с мясом и луком; подается к ним суп или бульон».
Сам же он во
всю жизнь свою не ходил по другой улице,
кроме той, которая вела к месту его службы, где не было никаких публичных красивых зданий; не замечал никого из встречных, был ли он генерал или князь; в глаза не знал прихотей, какие дразнят в столицах людей, падких на невоздержанье, и даже отроду не был в театре.
2) Оных упомянутых ревижских душ, пришлых, или прибылых, или, как они неправильно изволили выразиться, умерших, нет налицо таковых, которые бы не были в залоге, ибо
все в совокупности не только заложены без изъятия, но и перезаложены, с прибавкой по полутораста рублей на душу,
кроме небольшой деревни Гурмайловка, находящейся в спорном положении по случаю тяжбы с помещиком Предищевым, и потому ни в продажу, ни в залог поступить не может».
— А ведь будь только двадцать рублей в кармане, — продолжал Ноздрев, — именно не больше как двадцать, я отыграл бы
всё, то есть
кроме того, что отыграл бы, вот как честный человек, тридцать тысяч сейчас положил бы в бумажник.
[Губина — «
все, что подходит под губу, съедобное; всякая овощь,
кроме хлеба и мяса».
Некстати было бы мне говорить о них с такою злостью, — мне, который,
кроме их, на свете ничего не любит, — мне, который всегда готов был им жертвовать спокойствием, честолюбием, жизнию… Но ведь я не в припадке досады и оскорбленного самолюбия стараюсь сдернуть с них то волшебное покрывало, сквозь которое лишь привычный взор проникает. Нет,
все, что я говорю о них, есть только следствие
Я готов на
все жертвы,
кроме этой; двадцать раз жизнь свою, даже честь поставлю на карту… но свободы моей не продам.
Все эти замечания пришли мне на ум, может быть, только потому, что я знал некоторые подробности его жизни, и, может быть, на другого вид его произвел бы совершенно различное впечатление; но так как вы о нем не услышите ни от кого,
кроме меня, то поневоле должны довольствоваться этим изображением.
Но, видно, Русь так уж сотворена, что
все в ней обновляется,
кроме подобных нелепостей.
Печальное нам смешно, смешное грустно, а вообще, по правде, мы ко
всему довольно равнодушны,
кроме самих себя.
— Да
всё здешние и
всё почти новые, право, —
кроме разве старого дяди, да и тот новый: вчера только в Петербург приехал, по каким-то там делишкам; в пять лет по разу и видимся.
Она работала на сестру день и ночь, была в доме вместо кухарки и прачки и,
кроме того, шила на продажу, даже полы мыть нанималась, и
все сестре отдавала.
— Да и вы в присутствии, — вскрикнул Раскольников, — а
кроме того, что кричите, папиросу курите, стало быть,
всем нам манкируете. — Проговорив это, Раскольников почувствовал невыразимое наслаждение.
И вдруг Раскольникову ясно припомнилась
вся сцена третьего дня под воротами; он сообразил, что,
кроме дворников, там стояло тогда еще несколько человек, стояли и женщины. Он припомнил один голос, предлагавший вести его прямо в квартал. Лицо говорившего не мог он вспомнить и даже теперь не признавал, но ему памятно было, что он даже что-то ответил ему тогда, обернулся к нему…
— Ну, слушай: я к тебе пришел, потому что,
кроме тебя, никого не знаю, кто бы помог… начать… потому что ты
всех их добрее, то есть умнее, и обсудить можешь… А теперь я вижу, что ничего мне не надо, слышишь, совсем ничего… ничьих услуг и участий… Я сам… один… Ну и довольно! Оставьте меня в покое!
— Слушай, Разумихин, — заговорил Раскольников, — я тебе хочу сказать прямо: я сейчас у мертвого был, один чиновник умер… я там
все мои деньги отдал… и,
кроме того, меня целовало сейчас одно существо, которое, если б я и убил кого-нибудь, тоже бы… одним словом, я там видел еще другое одно существо…. с огненным пером… а впрочем, я завираюсь; я очень слаб, поддержи меня… сейчас ведь и лестница…
Все платье его было только что от портного, и
все было хорошо,
кроме разве того только, что
все было слишком новое и слишком обличало известную цель.
Меж тем комната наполнилась так, что яблоку упасть было негде. Полицейские ушли,
кроме одного, который оставался на время и старался выгнать публику, набравшуюся с лестницы, опять обратно на лестницу. Зато из внутренних комнат высыпали чуть не
все жильцы г-жи Липпевехзель и сначала было теснились только в дверях, но потом гурьбой хлынули в самую комнату. Катерина Ивановна пришла в исступление.
Конечно, я твердо уверена, что Дуня слишком умна и,
кроме того, и меня и тебя любит… но уж не знаю, к чему
все это приведет.
К пище почти равнодушен, но что эта пища,
кроме воскресных и праздничных дней, так дурна, что, наконец, он с охотой принял от нее, Сони, несколько денег, чтобы завести у себя ежедневный чай; насчет
всего же остального просил ее не беспокоиться, уверяя, что
все эти заботы о нем только досаждают ему.
Старуха же уже сделала свое завещание, что известно было самой Лизавете, которой по завещанию не доставалось ни гроша,
кроме движимости, стульев и прочего; деньги же
все назначались в один монастырь в Н—й губернии, на вечный помин души.
— Да; черт его принес теперь; может быть, расстроил
все дело. А заметил ты, что он ко
всему равнодушен, на
все отмалчивается,
кроме одного пункта, от которого из себя выходит: это убийство…
Другая неприятность тоже отчасти способствовала раздражению Катерины Ивановны: на похоронах из жильцов, званных на похороны,
кроме полячка, который успел-таки забежать и на кладбище, никто почти не был; к поминкам же, то есть к закуске, явились из них
всё самые незначительные и бедные, многие из них не в своем даже виде, так, дрянь какая-то.
Все должны были погибнуть,
кроме некоторых, весьма немногих избранных.
Кроме того, я, может быть, весьма и весьма скоро женюсь на одной девице, а следственно,
все подозрения в каких-нибудь покушениях против Авдотьи Романовны тем самым должны уничтожиться.
Из яств,
кроме кутьи, было три-четыре блюда (между прочим, и блины),
всё с кухни Амалии Ивановны, да сверх того ставились разом два самовара для предполагавшихся после обеда чаю и пуншу.
Кроме того, что этот «деловой и серьезный» человек слишком уж резко не гармонировал со
всею компанией,
кроме того, видно было, что он за чем-то важным пришел, что, вероятно, какая-нибудь необыкновенная причина могла привлечь его в такую компанию и что, стало быть, сейчас что-то случится, что-то будет.
— Да вы рехнулись иль нет, молокосос? — взвизгнул Лужин, — она здесь сама перед вами, налицо, — она сама здесь, сейчас, при
всех подтвердила, что,
кроме десяти рублей, ничего от меня не получала. Каким же образом мог я ей передать после этого?
Я очаровал эту даму, внеся ей деньги за
всех трех птенцов Катерины Ивановны,
кроме того и на заведения пожертвовал еще денег; наконец, рассказал ей историю Софьи Семеновны, даже со
всеми онерами, ничего не скрывая.
Наконец, явка с повинною, в то самое время, когда дело необыкновенно запуталось вследствие ложного показания на себя упавшего духом изувера (Николая) и,
кроме того, когда на настоящего преступника не только ясных улик, но даже и подозрений почти не имелось (Порфирий Петрович вполне сдержал слово),
все это окончательно способствовало смягчению участи обвиненного.
Ветер.
Все двери настежь,
кроме в спальню к Софии. В перспективе раскрывается ряд освещенных комнат, слуги суетятся; один из них, главный, говорит...
Беспорядочный наряд — у многих ничего не было,
кроме рубашки и коротенькой трубки в зубах, — показывал, что они или только что избегнули какой-нибудь беды, или же до того загулялись, что прогуляли
все, что ни было на теле.
Промежутки козаки почитали скучным занимать изучением какой-нибудь дисциплины,
кроме разве стрельбы в цель да изредка конной скачки и гоньбы за зверем в степях и лугах;
все прочее время отдавалось гульбе — признаку широкого размета душевной воли.
Кроме рейстровых козаков, [Рейстровые козаки — казаки, занесенные поляками в списки (реестры) регулярных войск.] считавших обязанностью являться во время войны, можно было во всякое время, в случае большой потребности, набрать целые толпы охочекомонных: [Охочекомонные козаки — конные добровольцы.] стоило только есаулам пройти по рынкам и площадям
всех сел и местечек и прокричать во
весь голос, ставши на телегу: «Эй вы, пивники, броварники!
— В чем? А вот в чем! — говорила она, указывая на него, на себя, на окружавшее их уединение. — Разве это не счастье, разве я жила когда-нибудь так? Прежде я не просидела бы здесь и четверти часа одна, без книги, без музыки, между этими деревьями. Говорить с мужчиной,
кроме Андрея Иваныча, мне было скучно, не о чем: я
все думала, как бы остаться одной… А теперь… и молчать вдвоем весело!
Они вели счет времени по праздникам, по временам года, по разным семейным и домашним случаям, не ссылаясь никогда ни на месяцы, ни на числа. Может быть, это происходило частью и оттого, что,
кроме самого Обломова, прочие
всё путали и названия месяцев, и порядок чисел.
Все,
кроме Захара, засмеялись.
Предметы теряли свою форму;
все сливалось сначала в серую, потом в темную массу. Пение птиц постепенно ослабевало; вскоре они совсем замолкли,
кроме одной какой-то упрямой, которая, будто наперекор
всем, среди общей тишины, одна монотонно чирикала с промежутками, но
все реже и реже, и та, наконец, свистнула слабо, незвучно, в последний раз, встрепенулась, слегка пошевелив листья вокруг себя… и заснула.
— Ну, что ж? Это добрый барин, коли
все ругается! — сказал один лакей, медленно, со скрипом открывая круглую табакерку, и руки
всей компании,
кроме Захаровых, потянулись за табаком. Началось всеобщее нюханье, чиханье и плеванье.
Выплакав потом живое горе, она сосредоточилась на сознании о потере:
все прочее умерло для нее,
кроме маленького Андрюши.
Но чем чаще они виделись, тем больше сближались нравственно, тем роль его становилась оживленнее: из наблюдателя он нечувствительно перешел в роль истолкователя явлений, ее руководителя. Он невидимо стал ее разумом и совестью, и явились новые права, новые тайные узы, опутавшие
всю жизнь Ольги,
все,
кроме одного заветного уголка, который она тщательно прятала от его наблюдения и суда.
Немец был человек дельный и строгий, как почти
все немцы. Может быть, у него Илюша и успел бы выучиться чему-нибудь хорошенько, если б Обломовка была верстах в пятистах от Верхлёва. А то как выучиться? Обаяние обломовской атмосферы, образа жизни и привычек простиралось и на Верхлёво; ведь оно тоже было некогда Обломовкой; там,
кроме дома Штольца,
все дышало тою же первобытною ленью, простотою нравов, тишиною и неподвижностью.
Против моего ожидания, оказалось, что,
кроме двух стихов, придуманных мною сгоряча, я, несмотря на
все усилия, ничего дальше не мог сочинить. Я стал читать стихи, которые были в наших книгах; но ни Дмитриев, ни Державин не помогли мне — напротив, они еще более убедили меня в моей неспособности. Зная, что Карл Иваныч любил списывать стишки, я стал потихоньку рыться в его бумагах и в числе немецких стихотворений нашел одно русское, принадлежащее, должно быть, собственно его перу.
Кроме страстного влечения, которое он внушал мне, присутствие его возбуждало во мне в не менее сильной степени другое чувство — страх огорчить его, оскорбить чем-нибудь, не понравиться ему: может быть, потому, что лицо его имело надменное выражение, или потому, что, презирая свою наружность, я слишком много ценил в других преимущества красоты, или, что вернее
всего, потому, что это есть непременный признак любви, я чувствовал к нему столько же страху, сколько и любви.
В сундуках, которыми была наполнена ее комната, было решительно
все. Что бы ни понадобилось, обыкновенно говаривали: «Надо спросить у Натальи Савишны», — и действительно, порывшись немного, она находила требуемый предмет и говаривала: «Вот и хорошо, что припрятала». В сундуках этих были тысячи таких предметов, о которых никто в доме,
кроме ее, не знал и не заботился.
Но
кроме того, что Левин твердо знал, что̀ ему надо делать, он точно так же знал, как ему надо
всё это делать и какое дело важнее другого.
Кроме того, в девочке
всё было еще ожидания, а Сережа был уже почти человек, и любимый человек; в нем уже боролись мысли, чувства; он понимал, он любил, он судил ее, думала она, вспоминая его слова и взгляды.
День скачек был очень занятой день для Алексея Александровича; но, с утра еще сделав себе расписанье дня, он решил, что тотчас после раннего обеда он поедет на дачу к жене и оттуда на скачки, на которых будет
весь Двор и на которых ему надо быть. К жене же он заедет потому, что он решил себе бывать у нее в неделю раз для приличия.
Кроме того, в этот день ему нужно было передать жене к пятнадцатому числу, по заведенному порядку, на расход деньги.
Русская девушка ухаживала за мадам Шталь и,
кроме того, как замечала Кити, сходилась со
всеми тяжело-больными, которых было много на водах, и самым натуральным образом ухаживала зa ними.